Глава 15. Пришли за долгом
Пока меня считали никем - 1
• Глава 15 • опубликованная 15 из 25
Примерно через четверть часа Макс
со спящей Лианой на руках добрался до самого дешёвого барачного сектора старого
квартала Речной улицы.
Именно здесь они жили последние
несколько лет.
Своего жилья в городе у семьи не
было.
Когда Макс поступил в Первую
старшую школу, Лиана приехала вслед за ним практически с пустыми руками.
Снимать хорошую квартиру рядом со школой они не могли, поэтому пришлось искать
то, что подходило по единственному тогда критерию: как можно дешевле.
Так они и оказались здесь.
Низкие дома.
Узкие проходы.
Потрескавшиеся стены.
Старые провода, натянутые между
зданиями, словно паутина.
Летом помещения быстро
нагревались, зимой приходилось экономить на отоплении.
Но Лиана никогда не жаловалась.
Макс открыл дверь ключом и
осторожно вошёл внутрь.
Их жильё занимало чуть больше
сорока квадратных метров.
По сути, одна небольшая спальня,
крошечная кухня, санузел и общая комната, которую одновременно использовали как
гостиную и столовую.
Границу между двумя зонами
обозначал старый диван.
Макс прошёл в спальню и осторожно
положил мать на низкую деревянную кровать.
Поправил подушку.
Накрыл одеялом.
Несколько секунд просто стоял
рядом.
Даже во сне на лице Лианы
оставалась усталость.
Макс нахмурился.
Потом вышел.
И только теперь внимательно
посмотрел на квартиру.
Беспорядка здесь почти не было.
Мать вообще отличалась
удивительной способностью поддерживать чистоту даже тогда, когда возвращалась
домой совершенно без сил.
Но вещей было много.
На стуле лежала одежда.
У дивана стояла корзина.
На кухне осталась немытая чашка.
Макс закатал рукава.
— Ну что же…
В высшем мире он управлял
территориями, перед которыми некоторые земные государства показались бы
маленькими владениями.
Ему прислуживали.
Одежду приносили.
Еду готовили.
Покои убирали.
На высоких ступенях развития Макс
вообще мог годами практически не касаться обычной пищи и не беспокоиться о
большинстве бытовых потребностей человеческого тела.
И вот теперь один из сильнейших
практиков прошлого стоял посреди тесной квартиры с тряпкой в руках.
Макс посмотрел на неё.
Тряпка словно посмотрела в ответ.
— Не самое сложное испытание в
моей жизни.
Через пять минут он понял, что
немного переоценил себя.
Сначала Макс слишком сильно отжал
мокрую ткань и залил водой половину стола.
Потом зачем-то переставил вещи в
такое место, где они только сильнее мешали.
Попытавшись быстро подмести пол,
едва не поднял пыль на всю комнату.
Он остановился.
Посмотрел на результат.
— Позор.
Если бы Леди Сью или кто-нибудь
из его старых противников увидел эту сцену, возможно, небесное испытание вообще
не понадобилось бы.
Они умерли бы от смеха.
Макс вздохнул.
И начал сначала.
На этот раз медленно.
Продуманно.
Через несколько минут движения
стали увереннее.
Ещё через десять Макс уже
прекрасно понимал, что и куда убрать.
Через полчаса небольшая квартира
преобразилась.
Пол чистый.
Вещи сложены.
Стол вытерт.
Кухня приведена в порядок.
Даже старые предметы мебели после
уборки выглядели немного приличнее.
Макс удовлетворённо оглядел
результат.
И тут взгляд остановился на
диване.
На одном краю лежала чистая
подушка.
Рядом аккуратно сложено старое
одеяло.
Он замер.
В квартире была только одна
спальня.
Та самая, где сейчас лежала
Лиана.
Но кровать принадлежала ему.
Всегда принадлежала ему.
Мать с самого начала оставила
комнату сыну.
Сама спала здесь.
На диване.
Сначала Макс считал, что это
временно.
Потом привык.
Даже когда он неделями оставался
в школьном общежитии, Лиана всё равно не переходила в спальню.
Однажды он спросил почему.
Ответ запомнился:
— Ты уже взрослый. У тебя должно
быть своё пространство. Неважно, дома ты сегодня или нет.
Макс медленно коснулся старого
одеяла.
В высшем мире он прожил десять
тысяч лет.
Видел сокровища.
Дворцы.
Небесные земли.
Но именно этот потёртый диван
почему-то сдавил грудь сильнее всего.
Сколько таких мелочей он раньше
не замечал?
Сколько вещей мать считала
совершенно естественными?
«Сыну лучшее».
«Мне хватит».
«Я потерплю».
Макс прикрыл глаза.
Теперь он понимал, почему даже
десять тысяч лет не смогли вытравить её образ из памяти.
Некоторые связи не разрываются
временем.
*
Примерно часом раньше Нолан Юань
покидал Первую старшую школу в совершенно другом настроении.
Он был счастлив.
Нет.
Почти счастлив.
До настоящего счастья не хватало
только одного человека, которому хотелось немедленно рассказать о сегодняшнем
экзамене.
Макса.
— Босс!
Нолан выскочил из своего
экзаменационного класса и почти бегом направился туда, где писал Макс.
— Босс, ты не поверишь!
Ему действительно казалось, что
комплексную работу он написал лучше, чем ожидал.
Конечно, до высокого результата
было ещё далеко.
Но месяц назад некоторые задания
выглядели для него как древние письмена.
Сегодня он хотя бы понимал, что
от него хотят.
А часть задач даже решил.
Для человека, который больше года
сознательно превращал собственную учёбу в руины, это уже было огромной победой.
Нолан добрался до нужного
кабинета.
Пусто.
— Где Макс?
Один из учеников пожал плечами.
— Давно ушёл.
— Давно?
— Ты его не знаешь? Он опять сдал
раньше всех.
Нолан закатил глаза.
Конечно.
Кто бы сомневался.
Он достал телефон.
Хотел позвонить.
Потом передумал.
Сегодня начались короткие
выходные.
Макс наверняка отправился домой.
Нолан знал, где находится кафе
Лианы.
Однажды Макс упоминал его.
— Ладно.
Он улыбнулся.
— Заодно поем.
Через некоторое время настроение
исчезло полностью.
Нолан стоял возле кафе «У
соседей» и смотрел на разгромленный зал.
Сначала ему показалось, что
произошла авария.
Потом увидел разбитые столы.
Осколки.
Следы погрома.
Лицо медленно потемнело.
— Какого хрена, здесь…
Он вошёл.
Ближе.
Одна перевёрнутая мебель.
Другая.
Испорченная отделка.
Разбитая кухня в глубине.
Нолан стиснул зубы.
Он прекрасно знал, насколько
небогато жили Макс с матерью.
Но до этого момента воспринимал
это скорее как факт.
«У друга мало денег».
Всё.
Сегодня впервые увидел, что
именно стояло за этими словами.
Маленькое кафе.
Старые столы.
Обычная посуда.
Для его собственной семьи
стоимость всего этого была почти незаметной.
Родители Нолана могли потратить
подобную сумму на один хороший ужин с партнёрами и даже не вспомнить об этом
утром.
А для Лианы это было дело жизни.
Нолан почувствовал мерзкое
ощущение.
Вину.
«Я же мог помочь».
Не обязательно дать деньги прямо
в руки.
Макс наверняка отказался бы.
Можно было придумать способ.
Заказать банкет.
Привести знакомых.
Помочь с рекламой.
Хотя бы спросить.
Но Нолан весь последний год был
занят собственным бунтом против родителей.
Собственной обидой.
Собственной великой трагедией.
И даже не задумался, как живёт
человек, который всё это время оставался рядом с ним.
— Вот же идиот…
Он достал телефон.
Хотел вызвать полицию.
И тут из кухни донеслись голоса.
Нолан замер.
— Этот ублюдок…
Голос был хриплым.
Второй ответил:
— Босс, сначала бы в больницу.
— Заткнись!
Нолан медленно убрал телефон.
Подошёл ближе.
Заглянул внутрь.
На кухне находились двое.
Блэк.
И зелёноволосый.
Выглядели они так, словно совсем
недавно пережили встречу с грузовиком.
Одежда грязная.
Лица избиты.
Двигались с трудом.
Нолан даже не сразу понял, кто
мог довести двух взрослых мужчин до такого состояния.
— Сначала поправимся, — процедил
Блэк. — Потом я найду этого ублюдка.
— А если он опять…
— Я сказал — заткнись!
Блэк тяжело вдохнул.
— На него напрямую больше не
полезем.
— Тогда как?
Несколько секунд молчания.
Потом главарь произнёс:
— Через бабу.
Нолан нахмурился.
— Мать для него важнее всего.
Зелёноволосый тихо рассмеялся.
— Точно.
— Он не может находиться рядом
постоянно.
— Ага.
— Поймаем её одну.
Нолан медленно посмотрел по
сторонам.
Возле стены стоял крепкий
деревянный табурет.
В кухне продолжали говорить.
— Можно сделать так, что она
вообще из дома выходить побоится.
— Или…
Зелёноволосый сказал что-то ещё.
Нолан не дослушал.
Поднял табурет.
Вошёл.
Блэк первым заметил движение.
— Ты кто…
БАХ!
Табурет обрушился ему на голову.
— А-А!
Блэк повалился набок.
Зелёноволосый раскрыл рот.
— Ты охре…
БАХ!
Теперь удар пришёлся ему.
Нолан не говорил.
Вообще.
Его обычно добродушное лицо стало
страшным.
Ещё удар.
Хруст дерева.
Крик.
— Стой!
Блэк попытался закрыться
повреждёнными руками.
Не смог.
— Сука! Ты то кто?!
БАХ!
— Это…
Нолан наконец выдохнул:
— За мать Макса.
Ещё удар.
— Тварь!
Зелёноволосый попытался отползти.
Нолан схватил его за одежду.
Вернул.
— Вы решили её тронуть?!
— Мы только говорили!
— Говорили?!
БАХ!
Табурет ударился о пол рядом с
головой.
— Я…
— Говорили, суки?!
Нолан всегда был крупным.
Тяжёлым.
Физически сильным.
В обычной драке против опытного
Блэка в его нормальном состоянии шансов у школьника было бы немного.
Сегодня Блэк едва держался на
ногах.
Зелёноволосый тоже.
А Нолан совершенно потерял
контроль.
Удар.
Ещё.
Ещё.
Сначала мужчины кричали.
Потом только стонали.
Нолан уже сам не понимал, сколько
времени прошло.
Пять минут?
Десять?
Больше?
Руки налились свинцом.
Пальцы едва удерживали табурет.
Перед глазами стояла
разгромленная кухня.
И фраза:
«через бабу».
Он снова замахнулся.
Но руки не послушались.
Табурет выпал.
Глухо ударился о пол.
Нолан тяжело дышал.
В кухне было тихо.
Слишком тихо.
Он посмотрел вниз.
Блэк не двигался.
Зелёноволосый тоже.
На одежде и полу была кровь.
Не река.
Но достаточно, чтобы ярость
мгновенно испарилась.
Нолан побледнел.
— Эй…
Никто не ответил.
— Э-эй!
Он сделал шаг.
Остановился.
— Я…
Сердце заколотилось.
— Я их убил?
Тишина.
Нолан посмотрел на собственные
руки.
Потом на людей.
— Чёрт.
Отступил.
— Капец!
Развернулся.
И убежал.
*
Ключ вернулся в кафе примерно
через несколько минут.
Он успел собрать людей и раздать
задания.
Один поехал искать ремонтников.
Другой договаривался о новых
столах и стульях.
Сам Ключ вместе с Гвоздём
вернулся, чтобы оценить кухонное оборудование и понять, что можно восстановить,
а что придётся менять полностью.
У входа он заметил след.
Красный.
Ключ остановился.
— Это ещё что за хрень?
Гвоздь посмотрел вниз.
Следы уходили внутрь.
Оба одновременно напряглись.
— Блэк?
Они побежали на кухню.
И замерли.
— Твою мать…
Блэк лежал на полу.
Рядом зелёноволосый.
Оба были залиты кровью
значительно сильнее, чем несколько минут назад.
— Кто их так?!
Гвоздь побледнел.
Ключ уже присел рядом.
Проверил дыхание одного.
Второго.
— Живы.
Он выдохнул.
— Оба.
— Уверен?
— Да.
— Выглядят как-то хреново…
— Я вижу!
Ключ резко достал телефон.
— Скорую вызывай!
Гвоздь уже набирал номер.
— А кто мог…
Ключ автоматически подумал о
Максе.
По спине пробежал холод.
Но мысль сразу показалась
странной.
Макс ушёл с матерью.
Зачем возвращаться?
Тем более он и так мог добить
обоих раньше, если хотел.
— Неважно.
Ключ поднялся.
— Сначала больница.
Никто из них не заметил Нолана.
Он вернулся.
Не решился войти.
Спрятался за углом соседнего
здания и наблюдал.
Когда приехала скорая, Нолан
стоял далеко.
Видел, как медики заносят
носилки.
Слышал обрывки разговоров.
— Пульс есть.
— Второй тоже жив.
Только тогда напряжение
отпустило.
Нолан прислонился спиной к стене.
Закрыл глаза.
— Живы…
Ноги стали ватными.
Он медленно сполз вниз.
— Слава богу.
Впервые в жизни Нолан понял,
насколько коротким может быть расстояние между:
«я сейчас ему врежу»
и:
«небо в клеточку на 20 лет».
Веселье после экзамена исчезло
без следа.
*
Макс тем временем ничего об этом
не знал.
К вечеру квартира уже сияла
чистотой.
Он посмотрел в окно.
Стало темнеть.
«Мама ещё ничего не ела».
Макс направился на кухню.
Открыл шкаф.
Осмотрел запасы.
Не густо.
Рис.
Немного приправ.
Масло.
Пара простых продуктов.
Он подумал.
Взял деньги.
И пошёл на рынок.
Первый поход оказался довольно
быстрым.
Курица.
Рыба.
Свежая зелень.
Корнеплоды.
Овощи.
Когда Макс вернулся, он снова
заглянул к матери.
Лиана всё ещё спала.
Он присел рядом.
Взял её за запястье.
Несколько секунд сосредоточенно
оценивал состояние.
Лицо стало серьёзнее.
Обычная усталость была только
вершиной.
Организм Лианы действительно
находился на грани истощения.
Годы тяжёлой работы.
Недосып.
Нерегулярное питание.
Постоянный стресс.
Макс ощущал целый набор старых
скрытых проблем, которые пока не сделали её серьёзно больной только благодаря
удивительной выносливости.
— Так не пойдёт.
Он поднялся.
Посмотрел на пакет с продуктами.
Потом на дверь.
Через минуту снова обувался.
Второй поход на рынок занял
дольше.
На этот раз Макс искал лавку с
традиционными лекарственными травами.
Купил астрагал*.
Немного красного женьшеня*.
Ещё несколько простых
ингредиентов.
Продавец долго смотрел на него.
— Молодой человек, для кого?
— Для матери.
— Сам готовить будешь?
— Да.
Мужчина явно хотел дать несколько
советов.
Макс вежливо выслушал.
Не стал объяснять, что в вопросах
лекарственных растений его опыт несколько превышает возраст нынешнего тела.
Вернувшись, Макс приступил к
работе.
Сначала курица с таро*.
Потом рыба на пару.
Быстро обжаренная зелень.
Лёгкий суп с бутонами лилейника*.
Отдельно он поставил небольшую
кастрюлю с питательной кашей, добавив туда астрагал и немного красного
женьшеня.
Первые несколько минут кухня
сопротивлялась.
Макс слишком долго выбирал нож.
Потом обнаружил, что современные
газовые конфорки требуют несколько иного подхода, чем огненные формации высшего
мира.
Один раз чуть не пересолил суп.
Поймал ошибку буквально в
последний момент.
Но постепенно движения стали всё
увереннее.
Спустя почти час стол был готов.
Макс поставил последнее блюдо.
Оглядел результат.
Четыре блюда.
Суп.
Питательная каша.
Он попробовал каждое.
Задумался.
Снова попробовал рыбу.
— Неплохо.
Для человека, который утром
сдавал экзамен, днём избивал бандитов, а вечером впервые за десять тысяч лет
самостоятельно готовил полноценный ужин, результат действительно был неплохой.
Макс улыбнулся.
Потом прошёл в спальню.
— Мам.
Лиана не отреагировала.
— Мам.
Он осторожно коснулся плеча.
Она пошевелилась.
Открыла глаза.
Несколько секунд непонимающе
смотрела на потолок.
Потом резко села.
— Макс?!
— Здесь.
Она огляделась.
— Мы дома?
— Да.
— Как?
Лиана нахмурилась.
— Мы же были в кафе.
Воспоминания возвращались.
Глаза мгновенно расширились.
— Блэк!
Она попыталась вскочить.
Макс удержал.
— Мам, спокойно.
— Кафе!
— Всё решено.
— Что решено?!
— Сначала успокойся.
— Как я могу…
Макс сел рядом.
— Ты слишком устала. Ещё и
перенервничала. В какой-то момент просто потеряла сознание.
Лиана растерянно моргнула.
— Я?
— Да.
— Но я не помню.
— Потому что потеряла сознание.
Макс говорил с такой
уверенностью, что даже самому понравилось объяснение.
— Я принёс тебя домой.
— А Блэк?
Вот здесь становилось сложнее.
— С ним тоже договорились.
Лиана медленно повернула голову.
— Что?
— Договорились.
— Как?
— Долго объяснять.
— Макс.
Тон стал подозрительным.
— Я знаю этого человека.
— И?
— Он не «договаривается».
Макс задумался.
На секунду.
Потом лицо просветлело.
— Вообще-то сначала и не
собирался.
— Вот видишь!
— Но я показал ему кое-что.
— Что?
— Визитки.
— Какие визитки?
— Полицейские.
Лиана замерла.
— Помнишь капитана Клэр Чэн?
— Конечно.
— И Генри Ху?
— Того полицейского?
— Да.
Макс совершенно серьёзно кивнул.
— Я сказал Блэку, что хорошо их
знаю.
Лиана слушала.
— И?
— Он испугался.
— Так просто?
— Очень.
Макс решил, что раз уж лгать, то
уверенно.
— Ты бы видела его лицо. Только
что орал, требовал деньги, а потом увидел имена и сразу изменился.
— Правда?
— Абсолютная.
— Но…
— Ещё спросил, зачем мы сразу не
сказали, что у нас есть такие знакомые.
Макс постепенно входил во вкус.
— Потом начал извиняться.
— Блэк?
— Именно.
— Извиняться?
— Много раз.
Лиана смотрела всё менее
уверенно.
— Он даже предложил
компенсировать ущерб.
— Сам?
— Да.
Макс кивнул.
— Его люди начали вытаскивать
деньги, украшения, карты. Чуть ли не в руки мне всё совали.
— Ты взял?!
— Конечно нет.
Лиана облегчённо выдохнула.
— Правильно.
— Я сказал: просто восстановите
кафе.
— И они согласились?
— Сразу.
Макс ненадолго замолчал.
Удивительное дело.
История звучала настолько
стройно, что он почти сам начал воспринимать её как альтернативную версию
событий.
«А у меня талант».
Десять тысяч лет он считал, что
ложь — занятие для слабых.
Оказывается, иногда это весьма
полезный навык.
Лиана задумалась.
Потом медленно кивнула.
— Всё-таки официальные связи
многое решают.
— Именно.
— Когда занимаешься бизнесом,
нельзя жить совсем отдельно от властей.
— Конечно.
Макс серьёзно поддержал.
— Надо потом обязательно
навестить капитана Чэн.
Улыбка Макса едва не дрогнула.
— Зачем?
— Поблагодарить.
— Необязательно.
— Почему?
— Она занята.
— Всё равно.
Лиана решительно покачала
головой.
— И Генри Ху тоже.
Макс внутренне вздохнул.
Вот и первая проблема идеально
выстроенной лжи.
— Посмотрим потом.
— Нет, Макс. Такие вещи нельзя
забывать.
— Мам.
Он быстро поднялся.
— Еда остынет.
— Какая еда?
— Ужин.
Лиана машинально пошла следом.
— Сейчас приготовлю.
— Уже.
— Что уже?
Она вышла в общую комнату.
Остановилась.
На столе стояло столько блюд, что
в первые секунды Лиана просто не поняла увиденного.
— Это…
Она посмотрела на сына.
— Ты заказал?
Макс обиделся.
— Почему сразу заказал?
— А кто?
— Я.
— Ты?
— Я.
Лиана снова посмотрела на стол.
Потом на него.
— Сам?
— Мама.
— Что?
— Ты сейчас серьёзно подрываешь
мою самооценку.
Она не удержалась.
Рассмеялась.
Впервые за весь день.
Макс тоже улыбнулся.
— Садись.
Он усадил мать.
Наложил ей курицу.
Рыбу.
Зелень.
— Столько не надо!
— Надо.
— Я не съем.
— Съешь.
— Макс…
— Ешь.
Лиана попробовала.
Замерла.
Макс сразу напрягся.
— Что?
Она прожевала.
Взяла ещё.
— Мам?
— Подожди.
Лиана попробовала рыбу.
Потом зелень.
Глаза засияли.
— Вкусно?
Она вместо ответа начала есть
быстрее.
Макс расслабился.
Через несколько минут Лиана уже
совершенно забыла, что собиралась соблюдать приличия.
Она действительно была голодна.
Организм требовал еды.
А после долгого сна аппетит
вернулся с удвоенной силой.
Макс сидел напротив.
Не ел.
Просто смотрел.
Как мать берёт ещё кусочек.
Как пробует суп.
Как лицо становится живее.
Как постепенно исчезает
измученное выражение.
И неожиданно почувствовал что-то
странное.
Гордость.
Нет.
Больше.
В высшем мире он переживал
прорывы, после которых земля дрожала на тысячи километров.
Побеждал врагов.
Получал сокровища.
Создавал техники.
Но сейчас одна простая мысль:
«Маме нравится то, что я
приготовил»
почему-то приносила больше
удовлетворения.
Лиана наконец заметила взгляд.
Замедлилась.
— Ты чего?
— Ничего.
— Макс.
— Просто смотрю.
— На что?
— На тебя.
Лиана внезапно покраснела.
— Что значит «на меня»?
Она посмотрела на собственную
тарелку.
Осознала, с какой скоростью ела
последние минуты.
— Господи…
— Что?
— Я как будто неделю не ела.
Макс рассмеялся.
— И правильно.
— Чего правильного?
— Значит, вкусно.
— Ты сам не ешь!
— Сейчас.
— Давай.
Лиана быстро положила ему рыбы.
— А то сидит и рассматривает
мать.
— Хорошо.
Макс взял палочки.
— Едим вместе.
Лиана улыбнулась.
Небольшая квартира наполнилась
тишиной другого рода.
Не тяжёлой.
Не тревожной.
Домашней.
Именно такой, по которой Макс
скучал десять тысяч лет.
Он сделал первый кусок.
И в этот момент дверь
содрогнулась.
БАХ!
Вся квартира словно вздрогнула.
Лиана испуганно подняла голову.
— Что это?
Второй удар не понадобился.
Дверь распахнулась.
Внутрь вошли трое мужчин.
Крупные.
Все в костюмах.
Но по лицам было совершенно
понятно: пришли они не на деловую встречу.
Впереди шёл мужчина с короткой
стрижкой.
Широкая шея.
Тяжёлая челюсть.
Злой взгляд.
Он оглядел небольшую квартиру.
Потом стол.
Еду.
Макса.
Лиану.
На лице появилась мерзкая улыбка.
— Неплохо живёте.
Лиана побледнела.
— Вы…
Макс сразу заметил её реакцию.
Она знала этих людей.
Коротко стриженный подошёл ближе.
Посмотрел на полный стол.
— Значит, на рыбу деньги есть.
Нога поднялась.
Макс даже не успел сказать ни
слова.
БАХ!
Мужчина ударил по старому столу.
Хрупкая мебель не выдержала.
Одна ножка подломилась.
Стол перекосило.
Следом всё рухнуло.
Тарелки разбились.
Рыба.
Курица.
Суп.
Каша.
Еда, которую Макс готовил почти
час, оказалась на полу.
Тишина.
Макс посмотрел вниз.
На осколки.
На разлитый суп.
На кусок рыбы у ботинка.
Медленно поднял глаза.
Мужчина уже орал на Лиану:
— Деньги на жратву есть, а долг
вернуть нечем?!
— Я…
— Сколько можно нас за нос
водить?!
Он шагнул вперёд.
Лиана отступила.
— Дайте мне ещё немного времени.
— Времени?!
Мужчина взмахнул рукой.
— Ты уже осточертела своим
временем!
Ладонь с силой пошла к лицу
Лианы.
Макс сидел неподвижно.
Но взгляд изменился.
Только что в этой комнате был
самый тёплый вечер за последние десять тысяч лет.
Теперь кто-то снова поднял руку
на его мать.
*Таро — крахмалистый корнеплод,
широко используемый в кухнях Китая и других стран Азии. По способу
приготовления отчасти напоминает картофель, но имеет собственный мягкий вкус и
более плотную текстуру.
*Астрагал — лекарственное
растение, корень которого широко применяется в традиционной китайской медицине
как общеукрепляющее средство и частый компонент супов и лечебных отваров.
*Красный женьшень — обработанный
паром и высушенный корень женьшеня. В Восточной Азии считается сильным
общеукрепляющим средством и используется в традиционной медицине и лечебной
кулинарии.
*Бутоны лилейника — высушенные
цветочные бутоны некоторых видов лилейника (неприхотливое многолетнее
травянистое растение с мощными корневищами и крупными яркими цветами, похожими
на лилии), традиционный ингредиент китайской кухни. Их добавляют в супы,
тушёные блюда и различные горячие закуски.